Самуил Яковлевич Кроль — один из тех людей, которые оставили яркий след в истории рабочего движения нашей страны. Его судьба тесным образом связана с возникновением, развитием демократического профсоюзного движения и его разгромом. Так бывает, что одна человеческая судьба оказывается на перекрестке многих исторических перспектив. Именно такой является жизнь Самуила Кроля.

Когда я впервые познакомился с тем, как устроено международное рабочее движение, я практически сразу услышал фамилию Кроля. Она известна очень многим в этом движении, в том числе наши зарубежные коллеги, присутствующие здесь — Рейнер Тосторф и Дан Галлин — независимо друг от друга при встрече со мной ее упоминали. Причем все, кто говорил о нем со мной, ставили акценты по-разному. Для кого-то Кроль — основатель одного из самых радикальных политических профсоюзов — профсоюза пищевиков, для других — единственный советский участник международного социал-демократического рабочего движения 1920-х годов, для третьих — яркая фигура антисталинского сопротивления в ГУЛАГе.

Судьба этого человека уникальна и еще требует серьезного изучения, а пока что я предлагаю вашему вниманию пять штрихов к биографии Самуила Кроля.

Он родился в 1894 году в Могилёвской губернии, потом переехал в Москву со своими родителями, и, фактически, с 1914 года Кроль является профессиональным революционером, как это тогда называли. Выполняет задания РСДРП, примыкает, судя по всему, к группе большевиков. В 1916 году его арестовывают за попытку выполнения одного из партийных заданий и отправляют в ссылку в г. Актюбинск Тургайской области, где он находится до февраля 1917 года. После демократической революции Кроль вместе с другими ссыльными возвращается в Москву, где продолжает работать на разных постах, выполняя поручения партии. Таким образом он попадет на должность секретаря профсоюза кондитеров, а потом, когда этот профсоюз объединяется с другими, становится первым председателем объединенного профсоюза работников пищевой промышленности. Так начинается его биография — казалось бы, достаточно традиционно для многих участников революционного движения.

Традиционно, но не совсем. Обратите внимание, в 1919 году, на момент его избрания председателем отраслевого профсоюза, Кролю всего лишь исполнилось 26 лет, достаточно юный возраст по сравнению с руководителями других организаций, которые создавались в то время. Это можно было бы посчитать проходным фактом биографии, если бы за ним не последовало еще несколько событий, которые делают судьбу этого человека удивительной и такой важной для нас в контексте обсуждаемой конференцией темы.

Первое: под руководством Самуила Кроля советский профсоюз рабочих пищевой и пищевкусовой промышленности вступает в Международный союз (Унион) пищевиков IUF, примыкающий к социал-демократическому, так называемому Амстердамскому интернационалу. Вопреки общей линии партии, жестко указывавшей, что место всех советских профсоюзов — в коммунистическом, контролируемом Москвой Профинтерне.

Самуил Кроль отстаивает право своего профсоюза самостоятельно решать вопрос о международной принадлежности, аргументируя это необходимостью консолидироваться с широким рабочим движением на международном уровне. С 1922 по 1928 год, до своего отстранения от должности председателя, Самуил Кроль был членом Исполкома Международного союза IUF, то есть единственным среди советских профсоюзных деятелей членом руководящего органа международного объединения, которое не примыкало к Профинтерну. Амстердамский Интернационал профсоюзов, который был создан независимыми от правительств организациями социалистического и социал-демократического направления, не имеет других таких примеров.

Когда я начал работать в IUF, мне было удивительно слышать отголоски той истории, бурных дебатов, после которых было решено высказать доверие Кролю и принять советский профсоюз пищевиков в международное объединение. Решение это голосовалось, было принято незначительным перевесом, и спровоцировало выход нескольких крупных европейских организаций из IUF в 1922 году. Несмотря на то, что прошло много времени, в организации до сих пор нет единого мнения относительно правильности принятого тогда решения. Так же, как и о той роли, которую играл Самуил Кроль в Исполкоме, превращая каждое его заседание в политический митинг.

Во второй половине 1920-х годов в СССР начинается отход от НЭПа и от относительной свободы, которая была предоставлена профсоюзам в начале десятилетия. Кроль является одним из противников этой линии, и его отстраняют от руководства профсоюзом, отстраняют партийным решением. В 1927 году Самуил Кроль смещен с позиции председателя отраслевого профсоюза. Он был первым отстраненным руководителем отраслевого профсоюза. Вместе с ним своих постов лишились еще несколько лидеров профсоюза пищевиков, они стали той первой профсоюзной группой, которая радикально отстаивала позицию необходимости сохранения демократии в профсоюзном движении и позицию независимости профсоюзов от государственной власти. Расправой над ними заканчивается история независимых профсоюзов России начала века. Начинается процесс смещения руководителей других организаций под разными предлогами, их обвиняют в троцкизме и в том, что они не следуют партийной линии.

Отстранение Кроля происходит относительно бескровно, это даже еще не похоже на репрессии. Кроля просто по партийной линии отправляют в Новосибирск выполнять партийное задание на незначительной хозяйственной должности, и только в конце 1927 года пленум профсоюза фиксирует его уход с должности председателя. При этом за Кролем сохранены (вернее, видимо, по ошибке не отобраны) посты в других выборных профсоюзных органах, в частности — в составе ВЦСПС. В качестве члена ВЦСПС Кроль по собственной инициативе едет из Новосибирска в Москву, где его регистрируют для участия в Восьмом съезде ВЦСПС (декабрь 1928 г.) с правом совещательного голоса.

Далее мы читаем официальную информацию в статье с бравурным названием «Съезд профсоюзов одобрил работу ВЦСПС», подзаголовок: «Из состава съезда исключен троцкист Кроль, выступивший с клеветой на профсоюзы, советскую власть и коммунистическую партию»: «На вечернем заседании съезда профсоюзов… Кроль пытался огласить резолюцию по докладу ВЦСПС, полную троцкистской клеветы на профсоюзы, на советскую власть и компартию. Уже первые пункты резолюции, говорящие о том, что политика ВЦСПС якобы была направленна к возложению всех тягот социалистического строительства только на плечи рабочего класса, положение которого, дескать, поэтому все время ухудшается и что ВЦСПС должен поставить своей основной задачей привлечение троцкистов к руководству профдвижением и страной, вызвали настолько бурное возмущение всего съезда, что Кролю не удалось дочитать до конца своей троцкистской шпаргалки. Съезд единодушно потребовал недопущения голосования этой меньшевистско-троцкистской   резолюции… По предложению рабочего шахтера Лысенко съезд принимает постановление о лишении Кроля мандата и об исключении его из состава совета».

По другим источникам известно, что Кроль отказался покидать помещение и пытался продолжить свое выступление. «Ударов тянет Кроля за пиджак, а Фин вырывает блокнот из рук Кроля, что ему, однако, не удается. Кроль заявляет, что он с трибуны не уйдет, покуда не прочтет резолюции. В ответ на совершенно дикие возгласы обступивших его, он кричит: «Хотите бить меня — бейте, я не уйду!» Его силой выдворяют со съезда. Этот эпизод для истории крайне важен, ведь Восьмой съезд — переломный. Зачитанные мной две зарисовки показывают атмосферу этого съезда, который проходил после массового отстранения от своих должностей реальных рабочих лидеров, которых Кроль, судя по всему, требовал вернуть. Но требовать уже не у кого — рабочих лидеров заменили на свору преданных вождю горлопанов. В зале царит ура-патриотический подъем, подавленный и деморализованный Томский пытается спасать свою шкуру, он послушен и покорен. И только Кроль продолжает борьбу, рассматривая трибуну этого съезда как последний рубеж, последнюю баррикаду, на которой он в полном одиночестве тщетно пытается остановить нарастающую вакханалию репрессий против рабочего движения.

За изгнанием со съезда, естественно, следуют арест и ссылка. В ссылках Кроль был несколько раз, неоднократно проявляя себя, судя по сохранившимся доносам стукачей, как талантливый организатор «троцкистского» подполья, в чем ему очень пригодились навыки политической, но и что особенно важно, профсоюзной организаторской работы. И это еще один, третий, интересный штрих. Начиная с 1927 года Кроля заклеймили как троцкиста, и он, судя по всему, от этого клейма не пытался избавиться. Важно, однако отметить, что мы даже не знаем, были ли они с Троцким знакомы, и не видно никаких свидетельств того, чтобы Кроль хотя бы в чем-то поддерживал позицию Троцкого в первые годы советской власти. Тем не менее, с 1927 года Кроль однозначно — один из ключевых участников антисталинского, троцкистского сопротивления. И вот еще две удивительные иллюстрации к жизни Самуила Кроля, к сожалению, уже близкой к завершению.

Голодовка троцкистов на Колыме 1936 года считается одним из самых ярких эпизодов борьбы социалистов и коммунистов против сталинской диктатуры. Это выступление серьезно готовилось, и Самуил Кроль был в числе руководителей подпольной сети, организовавшей эту отчаянную акцию. Есть несколько источников, которые излагают ее предысторию, в частности Михаил Байтальский в своей статье «Троцкисты на Колыме»:

«Надо отдать справедливость истинно революционному духу большинства этого этапа — троцкистов; весь путь от пересылки к порту под эскортом многочисленного конвоя, сопровождался пением старых революционных песен. С большим воодушевлением весь этот этап с обнаженными головами пел «Интернационал», «Вы жертвою пали», «Варшавянку», «Смело товарищи в ногу». В материалах Дальневосточного краевого суда по Севвостлагу НКВД этот факт получил иную оценку: «В городе Владивостоке во время следования на пристань для посадки на пароход организовали контрреволюционную демонстрацию с выкриками контрреволюционных лозунгов, пением «Интернационала» и пением песен с контрреволюциоными припевами».

В сборнике «Хотелось бы всех поименно назвать» (По материалам следственных дел и лагерных отчетов ГУЛАГа) цитируется сообщение одного из осведомителей: «Во время следования к порту организовали контрреволюционную демонстрацию с пением контрреволюционной песни Варшавянки с троцкистским припевом «нам ненавистны сталинские чертоги», Марсельезы и других». Во время демонстрации в порту города Владивостока стоял иностранный пароход и несколько троцкистов перебравшись к краю колонны развернули плакат с лозунгом «Долой Сталина! Да здравствует Троцкий!» и стали выкрикивать «В свободной стране, где пишут, что нет политзаключенных, а политзаключенных ссылают пачками на каторгу. Смотрите вот перед вами коммунисты, большевики-ленинцы, окруженные конвоем фашизма». Обратите внимание — 1936 год, репрессированные коммунисты уравнивают Сталина с Гитлером.

Именно этот этап вышел на коллективную голодовку протеста 12 июля 1936 года против новой политики ГУЛАГа, включавшей резкое ужесточение режима и использование уголовников, чтобы издеваться и всячески подавлять боевой дух политических заключенных, которых тогда становилось все больше и больше. В голодовке приняло участие более 200 человек. Самуил Кроль был одним из ее организаторов, хотя, казалось бы, вовсе не походил на вождя.

Вот как описывает Кроля Надежда Адольфовна Иоффе: «Кроль был человек тихий, молчаливый и конфликтов не любил. Однако, принципами не поступался. Мне трудно его представить в роли лидера, выступающего на митингах. Играющего ведущую роль в конфликтах зк с администрацией. Уже будучи в Магадане, я слышала, что именно такую роль он играет — и не только в конфликтах, но и в прямых восстаниях. Меня это всегда удивляло. Но не только удивляло, но и радовало. В нем чувствовалась большая внутренняя сила и меня радовало, что он дал ей возможность проявится».

После подавления голодовки несколько ее организаторов, в том числе Самуил Кроль, были привлечены к суду. Этот судебный процесс — последний штрих в моем повествовании о Кроле. И он тоже удивительный. Было принято решение устроить показательный процесс — публичный суд над троцкистами. Возможно это был последний в истории ГУЛАГа открытый показательный процесс, на который были допущены все желающие. И который обернулся против режима. Вот воспоминания Алексея Яроцкого в книжке «Золотая Колыма». «Мне более или менее известно дело Кроля — Барановского. Кроль был профсоюзным деятелем, кем был Барановский — не помню. Берзин организовал гласный процесс над этими двумя людьми, обвинёнными во вредительстве. В магаданском клубе, где проходил этот процесс, было довольно много народа, подсудимым разрешалось задавать вопросы свидетелям и требовать свидетелей защиты и т.д. Т.е. были элементы гласности и нормального судопроизводства». В стране страшный 1937 год, самый разгар репрессий. Кроль превращает этот судебный процесс в трибуну для своих взглядов. На вопрос, кого он желает привлечь в качестве свидетелей и какие вещественные доказательства он хочет иметь на суде, Кроль сказал: «Пусть вызовут сюда Эрнста Тельмана и Ларго Кабальеро, они вам скажут, какой я контрреволюционер». А в качестве вещественных доказательств преступлений сталинизма Кроль потребовал принести и положить на пол трупы своих замученных товарищей. Обнаружилось, что Кроль знает кто, когда и где умер во время голодовки, он называл действительные факты и имена, стало ясно, что в его руках были связи со многими политзаключенными, отбывавшими срок на разных приисках Колымы. Путем перекрестных вопросов он заставил свидетелей отказаться от своих показаний, а обращаясь к Берзину, начальнику ГУЛАГа, кричал: «Палач, ты стоишь по шею в крови, ты захлебнешься!» Показательный процесс провалился, но оправдать Кроля и Барановского было нельзя. Их после этого судили при закрытых дверях и, естественно, приговорили к высшей мере наказания. Приговор был приведен в исполнение 2 августа 1937 года.

На этом обрывается жизнь Самуила Кроля, этого удивительного человека, о котором конечно нужно рассказывать не спонтанно и не штрихами. Судьба этого человека для нас очень важна, потому что она — часть нашей истории. И не только истории. Через много-много лет он своим примером напоминает нам о том, что в мире существует ценности и идеалы, за которые следует бороться, и за которые не жалко отдать жизнь.

***

Выступление было опубликовано в сборнике «Рабочее и профсоюзное движение в России: Из прошлого в будущее» в который вошли материалы освещающие основные этапы развития российского рабочего и профсоюзного движения — от его зарождения в начале ХХ века до настоящего времени.